Благодарность повысила готовность помочь, но не ослабила эффект свидетеля
В заранее зарегистрированном онлайн-эксперименте участвовали 867 жителей Японии. Их случайно распределили между тремя заданиями: вспомнить и описать ситуацию благодарности, спокойный эпизод с другим человеком или обычное утро. Затем участники решали, отдать ли половину своих оплачиваемых баллов нуждающемуся, когда помочь могли они одни либо ещё два или четыре человека.
После воспоминания о благодарности участники чаще делились баллами, чем после нейтрального задания. Но во всех трёх группах готовность помочь одинаково снижалась с ростом числа возможных помощников: благодарность не устранила эффект свидетеля. Решения принимались анонимно в условной онлайн-ситуации, где участники не видели действий других людей, поэтому результат нельзя без проверки переносить на реальные происшествия.
В дни с новыми занятиями люди без пары сообщали о лучшем самочувствии
Авторы провели три заранее зарегистрированных исследования. В первом 130 одиноких студентов вели ежедневные дневники 14 дней, во втором 146 студентов отвечали раз в неделю в течение шести недель, а в третьем 324 взрослых случайно распределили между заданиями: представить новые или привычные занятия, которыми можно заниматься без романтического партнёра.
В дневниках новые занятия и вера в возможности личного роста совпадали с большей удовлетворённостью жизнью и меньшим страхом остаться без партнёра; большинство таких занятий проходило с друзьями или родственниками. В эксперименте мысли о новых занятиях немного улучшили настроение сразу после задания, но не изменили представление о возможностях одиночества. Первые две выборки состояли из студентов, а основные связи были наблюдательными, поэтому работа не доказывает устойчивый причинный эффект.
Для удовлетворённости отношениями важнее оказалась мотивация секстинга, а не его частота
В первом исследовании 269 студентов, состоявших в отношениях, помогли авторам разработать опросник мотивов цифрового сексуального общения. Во втором 459 взрослых, которые уже обменивались с партнёром интимными сообщениями или изображениями, оценили свои мотивы, желание партнёра и удовлетворённость цифровой и обычной сексуальной жизнью, отношениями и жизнью в целом.
Стремление к удовольствию и близости было связано с большей сексуальной и романтической удовлетворённостью, а секстинг ради предотвращения ссоры, отказа или расставания — с меньшей. Частота обмена сообщениями сама по себе не объясняла различия так же хорошо. Оба исследования основаны на разовых самоотчётах людей, которые уже практиковали секстинг, поэтому нельзя определить, влияют ли мотивы на отношения или существующее качество отношений формирует эти мотивы.
В онлайн-опросе участвовали 300 взрослых 18–65 лет, состоявших в романтических отношениях и ежедневно пользовавшихся соцсетями. Они заполнили шкалы макиавеллизма, нарциссизма, психопатии и садизма, трёх видов ревности, слежки за партнёром в интернете и проблемного использования социальных платформ.
Более выраженные «тёмные» черты были связаны с навязчивыми подозрениями и контролирующим поведением, те — с цифровой слежкой, а слежка — с более проблемным использованием соцсетей. Сила эмоционального переживания ревности в этой цепочке роли не сыграла. Опрос проводился один раз, а 80% выборки составляли женщины, поэтому статистическая последовательность не доказывает причинный механизм и может иначе выглядеть в более разнообразной группе.
Телесные симптомы тревоги были теснее связаны с маркерами стресса, чем потеря интереса при депрессии
Исследователи сопоставили данные двух американских выборок из 1190 и 806 взрослых. Опросник отдельно измерял общую подавленность, утрату интереса и удовольствия и телесные проявления тревоги — например, сердцебиение, одышку и дрожь. Эти оценки сравнили с суточным ритмом кортизола, воспалительными белками в крови и вариабельностью сердечного ритма; для части участников были доступны повторные данные примерно через десять лет.
Телесные проявления тревоги устойчивее других групп симптомов сочетались с более плоским суточным ритмом кортизола, повышенными уровнями С-реактивного белка и интерлейкина-6 и меньшей вариабельностью сердечного ритма. В продольных данных связи шли в обе стороны, но заметно слабели после учёта массы тела, хронических болезней и лекарств. Исследование наблюдательное и проводилось в общей популяции, поэтому не показывает, что тревога сама вызывает эти физиологические изменения.
Высокая скорость ходьбы после 80 лет была связана с меньшим риском когнитивных нарушений
Авторы объединили три проекта об очень пожилых людях. В международной выборке 3989 участников без деменции отслеживали скорость ходьбы и когнитивное состояние, 197 человек ежегодно проходили подробные когнитивные тесты, у 64 из них были снимки мозга, а ещё для 692 участников имелись результаты посмертного исследования мозговой ткани. К самым быстрым отнесли примерно 7% людей своего возраста и пола.
У самых быстрых участников относительный риск впервые выявленного когнитивного нарушения был на 51% ниже, снижение результатов тестов шло медленнее, а некоторые области гиппокампа были крупнее. При этом количество амилоидных бляшек и тау-скоплений после смерти не отличалось, что может указывать на устойчивость к патологии, а не на её отсутствие. Работа наблюдательная: быстрая ходьба здесь служит признаком общего благополучия организма, а не доказанным способом предотвратить деменцию.